Мы вновь в пути. От развилки у моста через Кубань автотрасса постепенно поднимается вверх по широкой балке Инджиркота. Через несколько километров балка кончается, и перед взором открываются зеленеющие нивы, слева в глубокой дали серебрится ледяное чело Эльбруса, а к западу от него тянутся синеющие островерхие хребты.
      Справа вырастает живописная вершина Джангур, с востока омываемая Кубанью, с запада Малым Зеленчуком. Джангур входит в систему Скалистого хребта, тянущегося параллельно Передовому и Главному хребтам с северо-запада на юго-восток. Вслед за Джангуром появится Джисса, а еще дальше - Бальтче (или Больше - на старых картах) и Баранаха на Урупе. Поднимаясь полого с северо-востока, Скалистый хребет к югу круто обрывается, представляя гигантскую светло-желтую стену на фоне ярко-голубого неба, прорезанную широкими речными долинами. На северном склоне хребта есть карстовые воронки, на южном встречаются пещеры.
      После крутого подъема дорога идет на спуск. Вдали в широкой долине уже видны сады и дома станицы Кардоникской. По восточной ее околице неспешно течет чистая и тихая речка Кардоник, давшая название станице. Станица была заложена во время Кавказской войны, когда, быть может, на берегу речушки стоял казачий кордон. Так могло возникнуть русское название речки и станицы. Но не исключено, что название речки может быть и старым, связанным с древними ираноязычными насельниками края - аланами. На их языке, близком к современному осетинскому, это звучало бы как "кармдон"- "теплая вода". Однако решение этого вопроса предоставим лингвистам, а сейчас обратим внимание на широкую долину, протянувшуюся от Кардоникской на северо-запад и ограниченную с севера Скалистым, с юга Передовым хребтами. На языке геологов она называется Северо-Юрской депрессией. Долина обладает теплым сухим климатом, солнечна, покрыта тучными черноземными почвами и обильно орошена речными потоками. Здесь никогда не бывает сильных ветров, нередко бушующих в Черкесске и его окрестностях. "Самая замечательная из таких долин есть та, где находятся станицы Кардоникская, Зеленчукская и Сторожевая",- писал о так называемых продольных долинах Кубанской области географ Л. Я. Апостолов. Видимо, поэтому она всегда была притягательна для человека и густо заселена сейчас. В благодатной долине находятся старинные казачьи станицы - Зеленчукская, Преградная, Марухская, карачаевские аулы. Ближайшая на нашем пути - станица Зеленчукская.
      Еще один плавный подъем по склону холмистой гряды, и с верхней ее точки открывается вид на широкую долину с серебрящейся лентой реки. По обоим берегам под сенью садов и пирамидальных тополей раскинулась Зеленчукская - одна из наиболее крупных станиц Карачаево-Черкесии, центр Зеленчукского района. На левом берегу реки, за околицей станицы, поднимается зеленое плато Смаглин, вдали за ним - горные хребты с громадой горы Пастуховой в глубине ущелья, по правую руку от нас - гора Шисса, или Джисса. Ее южный склон, обращенный к станице, представляет собой отвесный обрыв охристо-желтых скал, мерцающих в жаркий день. Вершина Шиссы - своеобразный барометр для местных жителей: если она накрылась густым облаком, жди в ближайшее время дождя.
      Мы пересекаем речушку Хуса, и вот уже замелькали дома станицы. Зеленчукскую хорошо знают в Карачаево-Черкесии, а в последние годы она стала известна и всей стране в связи с крупными научными новостройками. Но история ее до сих пор не написана.
      Возникновение станицы Зеленчукской, как и других казачьих станиц Кубани, неразрывно связано с историей кубанского казачества. После русско-турецкой войны 1768-1774 годов был заключен Кучук-Кайнарджийский мирный договор. Границей России на Северо-Западном Кавказе стала река Кубань. С 1777 года развернулось строительство Кавказской укрепленной линии от Азова до Моздока, но наличных сил для защиты от набегов закубанских горцев не хватало, и осенью 1792 года началось переселение украинских казаков Запорожского войска на Кубань. Правительство Екатерины II отвело казакам земли по правобережью от устья Кубани до впадения в нее реки Лабы. Так было создано Черноморское войско, во многом сохранившее традиции славной Запорожской Сечи: ее знамена и регалии, форму одежды, деление на курени и т. д. В дальнейшем войско пополнялось как за счет переселения украинского, так и русского населения из глубин России. Восточнее Лабы, на так называемой Старой линии, были расселены донские казаки.
      В 1860 году было образовано Кубанское казачье войско. В него вошли как "черноморцы" - потомки запорожцев,- так и "линейные" казаки - потомки донцов. Объединенные этой единой военной организацией черноморцы и линейцы образовали ядро кубанского казачества, позже пополнявшегося в результате притока населения из России и Украины. Особенно этот приток усилился после окончания Кавказской войны в 1864 году, когда началась крестьянская колонизация только что покоренного края. Многие переселенцы тогда зачислялись в казачество, но к началу XX века это было прекращено, и казачество превратилось в замкнутое сословие со своими особенностями в быте, в традициях. Кубанское казачье войско было ликвидировано революцией в 1920 году.
      В 1829 году русское командование заложило новую Зеленчукскую оборонительную линию, строительство которой продолжалось до 60-х годов XIX века. В 1858 году были основаны станицы Передовая, Сторожевая, Исправная, в 1859 году - Зеленчукская и Кардоникская, в 1860 году - Преградная. Все они наряду со станицами Ваталпашинской, Усть-Джегутинской, Красногорской, Невинномысской, Отрадной вошли в состав Хоперского полкового округа и были заселены казаками Хоперского и Волжского полков. Казаки станицы Зеленчукской вместе с казаками станиц Кардоникской, Исправной, Сторожевой, Преградной и Передовой составляли 2-й Урупский полк, сформированный в 1858 году.
      Жизнь в казачьих станицах была суровой и тревожной - над Кавказом тогда еще бушевала война. Царское правительство отводило казачеству роль ударной силы для осуществления своих планов завоевания Кавказа. Находясь всю жизнь на передовых рубежах, участвуя во всех войнах, которые в то время вела Россия, казаки становились закаленными и опытными воинами, всегда готовыми к походам. Как офицеры, так и нижние чины служили в войске двадцать лет. Кубанское казачество выдвинуло из своей среды знаменитых в свое время пластунов - искуснейших стрелков и разведчиков, особенно отличившихся во время Крымской войны. "Когда ощущалась надобность в опытных людях для цепи, когда требовался секретный, скрытый розыск, когда нужно было разведать силы и положение неприятеля, когда ход военных действий ставил на очередь задачу произвести самую рискованную диверсию, когда в бою нужны были искусные стрелки, тогда пускался в дело пластун", - пишет о них историк Кубанского казачьего войска Ф. А. Щербина.
      Между станицами устраивались посты, или кордоны, обнесенные рвом и земляным бруствером и имевшие обычно четырехугольную форму в плане. По верху бруствера и по эскарпам сажали колючий терновник и боярышник, по углам ставили пушки, а внутри кордона сооружали помещения для людей и лошадей. Остатки такого земляного русского кордона хорошо сохранились на правом берегу речки Шамайки, примерно в полукилометре от ее впадения в реку Бежгон, к югу от станицы Сторожевой. Видимо, этот кордон был связан с Надеждинским укреплением, основанным в 1843 году недалеко отсюда на реке Кяфар (позже это укрепление было превращено в станицу Сторожевую). Наконец, казаки несли сторожевую службу на пикетах, представлявших простой шалаш с вышкой для наблюдения за округой, обнесенный двойным, засыпанным землей плетнем. Здесь же водружалась высокая жердь, обмотанная пенькой, сеном или соломой и увенчанная смоляной кадкой - вехой. В случае появления неприятеля веха зажигалась и служила сигналом боевой тревоги.
      Служба на Кавказе, постоянное общение с горцами выработали своеобразный этнографический тип кубанского казака, сочетавший в себе элементы как своей традиционной, так и местной кавказской культуры. Одежда казаков делалась по черкесскому образцу, как и седловка. В моду вошли кавказские кинжалы. Фотографии этих лихих дедов и прадедов до сих пор можно видеть в некоторых семьях.
      Зайдем в старый казачий двор. Его окружает высокий и глухой забор из горизонтальных досок, как бы символизирующий замкнутость старого быта. В глубине двора стоит саманный, почти квадратный в плане, дом, крытый соломой (иногда солома заменялась дранью). Небольшие окна без форточек, закрывавшиеся ставнями, низкая дверь. В Зеленчукской и Кардоникской дома белили известью, в Исправной некоторые дома покрашены красной глиной. Многие старые дома имеют открытую веранду со стороны входа. Последний ведет обычно в небольшие сени, здесь же - кладовка и люк на чердак. Дверь из сеней, закрывавшаяся на металлическую щеколду, ведет в жилую комнату -"хату". Это наиболее интересная часть жилища. Окна обычно выходят на южную сторону, и хата хорошо освещена. Полы, в зависимости от достатка,- земляные или деревянные, устланные пестрыми домоткаными дорожками; потолки невысокие, с тремя выступающими балками. Налево или направо от входа в углу стоит нарядная русская печь с лежанкой, против входа обычно располагался "святой" угол. Здесь, в обрамлении вышитых рушников, висят две-три потемневшие иконы и лампада, стоит стол, покрытый скатертью. В простенках между окнами - множество семейных фотографий различной давности, можно встретить и старинную литографию. Поближе к печи ставится большая деревянная и довольно жесткая кровать - предмет особых забот хозяйки. Она устилается перинами, покрывается ватными одеялами, сверху кружевными накидками. Горой возвышаются пуховые подушки, тоже под накидками. Над кроватью часто висит традиционный портрет супругов, около кровати стоит непременный сундук, заменяющий шкаф.
      Смешение русских и украинцев в станицах сказывалось на языке: сложился своеобразный говор. В станицах Карачаево-Черкессии он имеет своей основой южнорусский диалект, пестрящий украинскими словами и оборотами. Местное население называет его "кубанским", или "казачьим", языком.
      Богат и самобытен казачий фольклор. Особенно популярными были песни, отличавшиеся большим разнообразием репертуара.
      До сих пор бытуют старинные песни "Випрягайте, хлопцы коней...", "Скакал казак через долину...", "Вы, кубанцы-молодцы...". Вот одна из старинных казачьих песен:

"Как за речушкою, за Кубаньюшкою,
Там ходил да гулял
Млад донской казак.
Там ходил да гулял
Млад донской казак,
За собой водил коня воронова.
За плечьми у него
Да винтовочка,
При боку у него
Шашка вострая..."

      Как ласково величает народ свою реку-кормилицу Кубаньюшкой! А вот зазвучали и трагические мотивы - раненый казак посылает домой боевого коня:

"А жена молодая
Коня спрашивает:
"Что ж ты, конь,
Ты, мой конь,
Где ж хозяин твой?"
"А хозяин мой -
За Кубанью, за рекой,
За Кубанью, за рекой,
Оженился на другой:
Оженила его пуля быстрая,
Повенчала его сабля острая".

      Но, разумеется, многие старинные песни уже забыты - пришло другое время, стали другими сами люди и их жизнь.
      В центре станицы Зеленчукской находится небольшой парк, окружающий районный дом культуры. Здесь стоят три скромных памятника. В них отразились основные события в истории станицы. Один из памятников - белый обелиск конической формы - самый старый, он поставлен в честь основания станицы в 1859 году. Второй - массивный и тяжеловатый - памятник борцам за Советскую власть в годы гражданской войны, а против этих двух памятников - суровый и строгий обелиск в окружении живых цветов. Это братская могила наших солдат, погибших на Марухском перевале в грозном 1942 году. Имена тех, кого удалось опознать, написаны на обелиске. Этот памятник поставлен в начале октября 1962 года, когда впервые в горах были обнаружены останки павших защитников Кавказа. В тихие и солнечные дни бабьего лета, когда в воздухе плавает паутина, а окрестные леса покрываются багрянцем и позолотой, зеленчукская земля приняла в себя сынов Родины. Наверное, никогда еще старая станица не видела такого моря людей, такого человеческого горя...
      В годы Великой Отечественной войны кубанские казаки героически сражались с захватчиками, из них был сформирован 4-й Гвардейский Кубанский кавалерийский корпус под командованием казачьего генерала Н. Я. Кириченко. Кубанские гвардейцы прошли славный путь, начавшийся летом 1942 года от родных станиц. "Казаков не возьмешь ничем. Они бросаются на наши танки и жгут их",- писал в своем дневнике 1942 года немецкий лейтенант Хетцель.
      В августе 1942 года станица Зеленчукская была оккупирована фашистами, в ней разместился штаб немецких горных стрелков. Но рядом со станицей - покрытые вековыми лесами горы; они стали опорой партизанского движения. В ущельях Большого Зеленчука, Урупа и Лабы появились партизанские отряды, наносившие удары по врагу и боровшиеся в очень трудных условиях, вдали от населенных пунктов и баз снабжения. В верховьях Большого Зеленчука, южнее станицы Зеленчукской, действовал черкесский городской отряд. Мы еще вспомним о нем.
      Однако вернемся на улицы станицы. За годы Советской власти она неузнаваемо преобразилась. В 1915 году в ней было 1213 дворов и 7695 жителей, имелось станичное правление, приемный покой на шесть коек с одним врачом, фельдшером и повивальной бабкой, почтовое отделение, лесничество, церковь, сыроваренный и лесопильный заводики, мельница и начальное училище. Центром общественной жизни и торговли были воскресные базары и ярмарки, последние устраивались два раза в год: в мае - Николаевская, в октябре - Покровская. Улицы были неблагоустроены, об электричестве и водопроводе не было и речи. А теперь Зеленчукская на наших глазах превращается в город, и уже недалеко то время, когда она перестанет называться станицей. В ее центре высятся современные светлые здания средней школы, почты, районных учреждений, универмага, больницы, построены широкоэкранный кинотеатр, музыкальная школа, большие жилые дома с городскими удобствами. Улицы асфальтированы, станица соединена современной автотрассой с Черкесском; продолжаясь в юго-западном направлении, она доходит до поселка Курджиново, занимающего долину в окружении лесистых гор на берегу Лабы. Вторая асфальтированная автотрасса ведет в ущелье Большого Зеленчука. Население станицы утроилось и по своей структуре основательно изменилось: казаки уже явно не в большинстве, хотя и можно еще увидеть на улицах всадника на горячем коне или казачку на велосипеде. Приток населения извне и прогрессивные изменения в культуре ломают старый казачий уклад и быт, который отступает на наших глазах. С конца 50-х годов в Зеленчукской стало складываться смешанное население - в ней поселилось много карачаевских семей.

WEB-камеры:

Горные маршруты




Карты

Грибное царство

 












Купить

199 руб.